Архив метки: История

Тяжелое бремя Америки

Почему США не победили и не победят ни в одной войне

Василий Микрюков

16.01.2015

Источник: http://nvo.ng.ru/forces/2015-01-16/1_usa.html

После окончания Второй мировой войны Соединенные Штаты развязали десятки войн и вооруженных конфликтов. Однако во всех случаях Вашингтон так и не добился окончательной победы. Как говорят эксперты, американская армия одержала много побед в сражениях, но не выиграла ни одной войны. Постараемся разобраться, чем это обусловлено.

НЕОПРАВДАВШАЯСЯ СТАВКА НА ЯДЕРНЫЙ УДАР

С появлением ядерного оружия США стали делать ставку в войне на ядерный удар. Уже к концу 1945 года был принят разработанный Дуайтом Эйзенхауэром план атомной бомбардировки 17 крупнейших городов Советского Союза – «Тоталити», а в июне 1946 года Комитет начальников штабов ВС США подготовил план «Пинчер» – удар полусотней ядерных бомб по 20 жизненно важным центрам СССР.

С конца 1948 года действовал оперативный план ядерной войны против СССР под названием «Чариотер», согласно которому в первый период войны (30 дней) намечалось сбросить 133 атомные бомбы на 70 советских городов. В последующие за этим два года войны предполагалось сбросить еще 200 атомных бомб и 250 тыс. обычных бомб.

С конца 1949 года началась разработка плана «Дропшот», в соответствии с которым предполагалось сбросить 300 атомных бомб на 100 советских городов, из них 25 – на Москву, 22 – на Ленинград, 10 – на Свердловск, 8 – на Киев, 5 – на Днепропетровск, 2 – на Львов и т.д. В США подсчитали, что в результате такого атомного удара с последующим применением обычных бомб погибнет около 60 млн граждан СССР, а всего с учетом дальнейших боевых действий – более 100 млн советских граждан.

Причем единственным условием реализации плана «Дропшот» было накопление Соединенными Штатами определенного количества ядерных бомб и другого вооружения.

И лишь появление в СССР ядерного оружия сорвало выполнение этих и последующих планов США по уничтожению СССР в ядерной войне. Третья мировая война была предотвращена, спасены от гибели миллионы человеческих жизней, да и вся планета в целом.

Однако США продолжили разработку планов по нанесению ядерных ударов по СССР. Так, провозгласив политику «с позиции силы» и исходя из предположения о превосходстве над Советским Союзом в ядерном оружии и средствах его доставки, Вашингтон в 1953 году принял так называемую стратегию «массированного возмездия», предусматривавшую подготовку и ведение против СССР всеобщей ядерной войны. В 1961 году в связи с увеличением ядерного потенциала СССР и сложившимся примерно равным соотношением сил США были вынуждены перейти к стратегии «гибкого реагирования». Согласно этой стратегии признавалась возможность ведения не только всеобщей ядерной войны, но и ограниченной войны с применением и без применения ядерного оружия. В 1971 году в США была провозглашена стратегия «реалистического сдерживания» («реалистического устрашения»), сохранившая в своей основе принципиальные положения прежней стратегии, но придавшая ей большую активность и гибкость в наращивании и использовании военной мощи США и их союзников.

В современных условиях угроза возникновения мировой ядерной войны существенно снизилась. Тем не менее в США серьезно прорабатывались вопросы применения ядерного оружия в целом ряде военных конфликтов. Так, при планировании операции «Буря в пустыне» (1991) командующий объединенными силами на Ближнем Востоке американский генерал Норман Шварцкопф запрашивал санкцию на подрыв ядерного устройства над Ираком с целью вывода из строя электронного оборудования противника. При планировании операции «Благородное возмездие» (2001) в США основательно прорабатывалась возможность использования тактического ядерного оружия для уничтожения места предполагаемого укрытия лидера мусульманских террористов Усама Бен Ладена.

Продолжается разработка планов по нанесению ядерных ударов и по России. С целью безнаказанного нанесения ядерных ударов по России наращивается группировка военных спутников в космосе, развертываются системы ПРО в Европе, совершенствуются средства доставки ядерных зарядов.

Однако все эти усилия США обречены на провал, поскольку у России есть свои собственные, современные и мощные стратегические ядерные силы. А по оценкам ряда американских политиков, даже одна ракета с ядерным боеприпасом, упавшая на территорию США, является для них неприемлемым ущербом. В свое время глава СССР Никита Сергеевич Хрущев на заявление президента США Джона Кеннеди: «У нас достаточно ракет, чтобы тридцать раз уничтожить вас», ответил: «У нас хватит только для одного раза, но нам этого достаточно».

Поэтому США могут наращивать свои ядерные силы столько, сколько смогут, но от возмездия в случае развязывания ими ядерной войны не уйти. «Для тех, кто полагает, что Россия по причине бессчетного числа проблем, ее осаждающих, может быть списана как великая держава, нужно напомнить малоприятную, но бесспорную истину: Россия остается единственной страной на земном шаре, которая способна уничтожить Америку», – предупреждал экс-президент США Ричард Никсон.

ЗАДАЧА – ОБМАНУТЬ ВЕСЬ МИР

Во всех войнах и локальных конфликтах, в которых участвовали США, свое предпочтение они отдавали прежде всего политическим акциям.

Анализируя использование информационно-психологического оружия по опыту войны в Персидском заливе (1991), генерал армии Андрей Николаев обращает внимание на манипулирование общественным мнением. «Не вдруг, – пишет он, – а целенаправленно и управляемо в мировом общественном мнении подымается волна недовольства и неприятия действиями «агрессора». Затем общественное мнение последовательно склоняется к решению о необходимости ввести экономические и политические санкции (если какая-то страна не поддерживало его – она как бы автоматически становилась союзником агрессора). Далее раскручивается общественно-психологическая атмосфера, культивирующая и поощряющая решительные и энергичные меры по наказанию агрессора.

После этого долго и мучительно открыто обсуждаются технические, в том числе и военные, меры по обузданию агрессора. Назначаются и многократно переносятся сроки нанесения ударов. И когда общественное мнение, достаточно измотанное неопределенностью и уставшее от всеобщего психологического напряжения, доходит до кондиции, неожиданно следуют удары под облегченные, а зачастую и радостные вздохи обывателей».

Наряду с этим визитной карточкой США стали лицемерие и ханжество. Например, перед вторжением в Ирак в 2003 году госсекретарь США Колин Пауэлл на заседании Совета Безопасности ООН продемонстрировал пробирку, якобы содержащую ложку спор сибирской язвы. При этом он заявил, что в Ираке могло быть произведено до 25 тыс. литров отравляющего вещества – это многие десятки тысяч подобных пробирок. Через полгода после его выступления Багдад подвергся бомбардировкам. Споры язвы, как, впрочем, и зачатки какого-либо другого оружия массового поражения, в Ираке так и не нашли, а Пауэлл потом всего-навсего извинился, сказав, что его «ввели в заблуждение».

Особо следует отметить, что Вашингтон старается вести боевые действия силами местных жителей, так называемых мятежников, и вооруженными формированиями (бандитами) из других стран. В стране, где царит неугодный США политический режим, силами агентов влияния и спецслужб разжигаются этнические, религиозные и социальные розни. В результате серии четко продуманных провокаций в стране вспыхивает гражданская война, в которой США встают на сторону повстанцев, борющихся с законной властью. Со стороны США мятежникам оказывается финансовая помощь, осуществляется поставка военной техники, вооружения и боеприпасов, проводится обучение приемам и правилам ведения войны с правительственными войсками, осуществляется заброс спецподразделений для ведения подрывных действий внутри страны.

Одновременно с этим США предпринимают попытки политического решения проблемы. В Совет Безопасности ООН вносятся резолюции, осуждающие правящий режим и оправдывающие действия мятежников. Американские дипломаты добиваются запрета на использование воздушного пространства самолетами правительственных ВВС, ввода эмбарго на поставку вооружения и военной техники правящему режиму, замораживания его счетов в зарубежных банках. Затем лоббируется резолюция на ввод натовских войск для «защиты мирного населения». Эти сценарии опробовались США в гражданских войнах в Ливии и Сирии.

Однако, как утверждал 16-й президент США Авраам Линкольн: «Можно обманывать часть народа все время. Можно обманывать весь народ некоторое время. Но нельзя все время обманывать весь народ». Поэтому внешнеполитическая подготовка США начинает давать сбои. Со временем, как представляется, процесс недоверия к действиям США в отношении других стран будет нарастать, и Вашингтон рискует лишиться общественной поддержки в своей внешнеполитической деятельности большинства стран мира.

НИЗКИЙ УРОВЕНЬ РАЗВИТИЯ ВОЕННОЙ НАУКИ

Одним из самых слабых мест военной стратегии Пентагона остается военная наука. Примечательно, но факт – среди классиков военной науки очень мало американских имен.

Одним из наиболее известных американских теоретиков военного дела считается контр-адмирал Альфред Мэхэн, который в конце XIX века совместно с английским вице-адмиралом Филипом Коломбом создал так называемую теорию морской силы, в соответствии с которой морским силам принадлежит решающая роль в вооруженной борьбе, а завоевание господства на море – главное условие победы в войне. Однако у этой теории есть целый ряд недостатков и ограничений.

В начале 90-х годов прошлого века американский полковник Джон Бойд разработал теорию (цикл) НОРД (Наблюдение – Ориентация – Решение – Действие). Дж. Бойд считал, что для достижения победы в военном конфликте нужно опережать противника в скорости цикла НОРД и уметь действовать внутри его цикла. Однако цикл НОРД больше применим к тактике и оперативному искусству, а не к стратегии.

В настоящее время в США активно разрабатывается и внедряется концепция «сетецентрической войны», авторами которой являются вице-адмирал ВМС США Артур Себровски, научный сотрудник Пентагона Джон Гарстка и адмирал ВМС США Джей Джонсон. В ее основе – увеличение суммарной боевой мощи воинских формирований путем соединения их в единую сеть, для которой характерны две основных характеристики: быстрота управления и самосинхронизация.

Однако анализ концепции сетецентрической войны позволяет рассматривать ее как новый способ организации управления войсками и оружием, как инструмент повышения боевых возможностей разнородных сил и средств. Поэтому говорить о сетецентрической войне как о новой парадигме вооруженной борьбы с точки зрения военной науки недостаточно корректно.

Анализ боевых действий, которые вели США в течение последних 15 лет, показывает, что концепция сетецентрической войны хороша в военных конфликтах малой и средней интенсивности против заведомо слабого противника, не имеющего на вооружении современных средств разведки, в первую очередь, спутниковых, мощных средств поражения, в том числе и ВТО большой дальности, а также современных средств автоматизации управления и связи.

Поэтому неизвестно, как себя поведет эта концепция при столкновении сильных армий, имеющих богатый исторический опыт крупных войн и кровопролитных сражений, обладающих системами космической разведки, радиоэлектронного подавления, высокоточным оружием, в том числе и дальнего действия, а также разнообразными боевыми платформами – танками, самолетами, кораблями различного класса, зенитными ракетными комплексами и др.

Тем не менее, несмотря на критику, американским военным руководством активно вводится положение о том, что будущие войны будут, как правило, сетецентрическими и бесконтактными с использованием в основном высокоточного оружия. Цель такой политики состоит в том, чтобы внушить всему миру мысли об отказе и бессмысленности военной конкуренции с США.

Но если мы зададимся вопросом: «А, собственно, почему война в будущем должна быть именно такой?» и в качестве «асимметричного ответа» США будем готовить контактную войну с применением всего арсенала средств направленного воздействия, которым можем обладать, то и характер такой будущей войны будет уже другой и ее финал непредсказуем!

Тот факт, что среди американского военного истеблишмента достаточно сильна вера в то, что технологии, в особенности информационные, позволят использующей их стороне более эффективно решать проблему уменьшения или полного исключения «тумана войны», говорит о незрелости военной теории в США, что также сказывается на результатах их военных действий.

НЕОБХОДИМЫЕ УСЛОВИЯ ВОЕННЫХ УСПЕХОВ США

Проведенный генерал-майором Александром Владимировым анализ причин и обстоятельств военных побед США в сражениях конца XX и начала XXI века показал, что военные успехи США «ковались» в «особых» условиях: полное и подавляющее всестороннее превосходство над противником; в войне против противника, не способного оказать серьезного военного сопротивления (в отсутствии адекватного военного сопротивления); против уже значительно ослабленного противника или против «расколотого государства; в случае, если военные действия развязывались только по инициативе США – в результате они владели стратегической инициативой от начала до конца операции (по крайней мере, ее войсковой фазы); после длительного подготовительного периода, в ходе которого США планомерно готовили удар, и никто им не мешал; все свои войсковые операции США осуществляли с заранее подготовленных плацдармов (баз), созданных в непосредственной близости от государственных границ объекта своей агрессии; войсковые операции начинались и проходили после систематического (массированного) уничтожения военной и гражданской инфраструктуры, обеспечения полного господства в воздухе и в информационной сфере, уничтожения систем стратегического управления войсками и государством; боевые действия велись в условиях отсутствия массовых потерь своего военного контингента и боевой техники на всех этапах подготовки и проведения операции, а также практически вне непосредственного боевого соприкосновения с основными сухопутными группировками войск противника; окончательные результаты – решение задач захвата государства противника и удержания власти над ним – достигались США коалиционно и с помощью заранее подготовленной ими внутренней пятой колонны; в ходе боевых действий всегда считалось, что была обеспечена практическая неуязвимость национальной территории, основных группировок ударных сил и систем стратегического и оперативного управления; вся система управления США (а военного даже на тактическом уровне) жестко привязана к возможностям ее космической (спутниковой) компоненты; широко применялся абсолютно новый стратегический «фирменный» американский прием, оказавшийся достаточно эффективным, – «скупка на корню» политического и военного истеблишмента страны (реципиента) – жертвы агрессии.

На основе проведенного анализа генерал Владимиров делает заключение о том, что «…совсем неизвестно, какими были бы (или могут быть) результаты стратегических действий США при нарушении не только всех, но и хотя бы одной из этих констант-условий успешности их стратегической военной активности. Нам представляется, что по-иному американцы воевать уже не умеют, к другой войне – не готовы, и именно в этом (наверное, правильнее было бы сказать – и в этом тоже) содержится фактор их стратегической уязвимости».

ФАКТОРЫ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ УЯЗВИМОСТИ США

В настоящее время успешность боевых действий всех видов ВС США в огромной степени зависит от надежности взаимосвязанных компьютерных систем и систем передачи данных, которые хранят, обрабатывают и передают разнообразную информацию с использованием программных и аппаратных средств. Это предопределяет стратегическую уязвимость США в современной войне.

Не секрет, что в современной крупномасштабной войне в первую очередь будут предприняты кибератаки на компьютерные системы и серверы командных пунктов управления, государственных учреждений, финансовых и деловых центров. Помимо этого предполагается использовать специальные устройства, которые при взрыве создают мощный электромагнитный импульс, или биологические средства наподобие особых видов микробов, способных уничтожать электронные схемы и изолирующие материалы в компьютерах.

Масштаб американского военного использования компьютерных систем и систем передачи данных обширный. Есть 15 000 сетей Министерства обороны с семью миллионами устройств (4000 установок в 88 странах). Эти системы просматриваются и исследуются миллионами потенциальных агрессоров каждый день. Между октябрем 2008-го и апрелем 2009 года Пентагон официально потратил свыше 100 млн долл. на восстановление повреждений, вызванных кибератаками. Фактически эти расходы значительно выше.

Наступательное действие в кибервойне легче, быстрее и дешевле, чем защитное. Так, ежегодный оборонный бюджет США составляет приблизительно 700 млрд долл. Но, согласно одному американскому кибераналитику безопасности, для того, чтобы подготовить кибератаку, которая выведет из строя компьютеры и парализует Соединенные Штаты, потребовалось бы два года и менее 600 человек, а стоило бы это меньше чем 50 млн долл. в год.

Следует добавить, что, помимо компьютерных систем ВС, США в огромной степени зависят от космической связи, наведения, ориентирования, что также предопределяет их уязвимость, так как этот космический компонент может быть нейтрализован путем создания соответствующих помех.

ЧЕМ БОЛЬШЕ УДОБСТВ, ТЕМ МЕНЬШЕ ХРАБРОСТИ

За исключением гражданской войны 1861–1865 годов между северными и южными штатами, на территории США не велись военные действия. Это обусловило отсутствие у американского народа способности терпеть длительную нужду и лишения, вызванные войной, мириться с ограничениями в правах и свободах, неизбежными жертвами во время военных действий и т.п. Это сказалось и на американской армии, стремящейся вести войну на расстоянии, малой кровью и желательно чужими руками.

Вот как описывает действия американских войск во время войны в Ираке в 2003 году генерал армии Махмут Гареев: «…американские войска, имея целью стремительно прорваться к Багдаду и к другим важнейшим центрам страны, стремились избегать крупных боевых столкновений с иракскими частями, штурма крупных населенных пунктов, обходили очаги сопротивления. Оборонявшийся противник блокировался, немедленно вызывался огонь артиллерии, наносились удары вертолетами и самолетами тактической авиации. Лишь после полного поражения сил и средств противоборствующей стороны производилось дальнейшее продвижение войск, осуществлялась «зачистка» и занятие территории».

Сегодня американская армия имеет огромное технологическое превосходство, у нее хорошо отлаженная система управления, базирующая по многим элементам на космические средства. Но, как известно, военная мощь вооруженных сил слагается из двух составляющих – материальной и духовной. И если со стороны вооружения и военной техники у армии США все в порядке, то духовная составляющая их войск находится на самом низком уровне. США никогда не умели воевать на пределе человеческих сил и возможностей.

Военные действия, которые в последнее время вели США в Югославии, Ираке и Афганистане, показали, что американские войска предпочитают вести бесконтактную войну с использованием авиации, крылатых ракет, дальнобойной артиллерии. Любое же серьезное противоборство, оказанное армии США, вызывает в ней страх и панику. Например, потери нескольких спецназовцев в Сомали оказались достаточными, что свернуть «миротворческую деятельность» в этой стране. А возобновление в 2008 году патрулирования российских самолетов у границы США вызвало реальные опасения у администрации Белого дома.

«Привычка к бесконтактной войне «на кнопках» и упование исключительно на свое подавляющее технологическое превосходство действуют развращающее на всю Америку, – утверждает генерал-майор Владимиров. – Это развращает политиков США, которые не понимают, что любые «виртуальные» войны или «войны – удары – спецоперации» есть дело, может быть, внешне и телевизионно-эффектное, и красивое, но, в конечном счете, не эффективное, так как их довольно быстро обнаруживаемая изначальная порочность никогда не дает ожидаемого результата в долгосрочном плане и, наоборот, в конечном счете ухудшает ситуацию, в том числе и для самих США.

Это развращает американских военных, так как отучает их от необходимого на войне чувства непосредственной опасности; порождает в них уверенность, что можно воевать «не напрягаясь» и без потерь; делает их неспособными к долговременной боевой работе непосредственно на поле военных действий.

Это развращает и сам североамериканский суперэтнос (снижая его этническую толерантность, провоцируя в нем цивилизационные противоречия и нанося ущерб общему иммунитету нации к возможным и неизбежным трудностям собственного бытия). Ставка на неуязвимость собственной безопасности делает этнос рыхлым, не способным к мобилизации, длительным напряжениям и национальным усилиям, а в конечном итоге – нежизнеспособным».

ВОЙНЫ ВЕДУТСЯ НАРОДАМИ

В войнах локального и тем более большего масштаба невозможно обойтись лишь силами кадровых, профессиональных армий мирного времени и неизбежно потребуется мобилизация всех сил и средств государства. Поэтому положение о том, что «войны ведутся народами», не теряет своего значения и в современном мире.

Принятая же в Соединенных Штатах контрактная система комплектования ВС привела к тому, что американские граждане полностью утратили моральные мотивы добровольного служения своему Отечеству. Защита Отечества перестала быть обязанностью каждого гражданина. Задача обороны страны возложена не на все общество, не народ в целом, а на наемников, у которых основным мотивом службы является финансовый вопрос, а не защита Отечества.

Вообще наемные армии никогда хорошо не воевали. Они могут неплохо выполнять задачи в кратковременных локальных войнах против слабого противника, но не выдерживают испытания в крупномасштабной войне, сопряженной с большими потерями и длительными лишениями. Поэтому еще в начале 80-х годов экс-президент США Никсон говорил о том, что «совершил большую ошибку, когда отменил призыв».

В крупномасштабной войне профессиональной армии мирного времени может хватить не более чем на две-три недели. В дальнейшем она должна постоянно подпитываться за счет отмобилизования новых войск. Даже во время кратковременной войны в районе Персидского залива в 1991 году США были вынуждены призвать из запаса более 100 тыс. человек. Нетрудно представить себе, что будет при более крупных военных испытаниях.

Быстрые победы в Ираке, по мнению американского военного специалиста, профессора Л. Фридмана, ничего не означают – история неоднократно доказывала, что разбить армию противника значительно проще, чем удержать захваченную территорию. Послевоенное развитие событий в Ираке, сопровождающееся почти ежедневной гибелью американских солдат, как раз и свидетельствует об этом. История в который раз преподает урок, что военный успех, военная победа вовсе не равнозначны политической победе. Вооруженные силы могут обеспечить достижение военного успеха, но политическую стабильность в завоеванном (освобожденном, занятом, оккупированном) регионе или государстве они обеспечить не способны.

Народ победить нельзя. Его можно либо уничтожить, либо загнать в резервации, либо выселить с оккупированной территории. Ни один народ не примирится с тем, что на его территории хозяйничают иностранцы, указывают ему, как жить, во что верить, как себя вести.

Поэтому с прекращением военных действий и заключением мирных соглашений война, как правило, не прекращается. Мир – это не что иное как продолжение войны другими средствами и подготовка к новым военным столкновениям.

«В конечном счете, чрезвычайно важно помнить, что настоящая сила страны – не в ее вооруженных силах, не в ее золотых и долларовых резервах. Она в национальном характере, в ее народе», – утверждал известный британский военачальник, фельдмаршал Бернард Монтгомери. И с этим нельзя не согласиться.